ФЭНДОМ


Full 1 botlih
Районный центр - Ботлих, стал известен всей стране и всему миру, когда местные ополченцы в 1999 г. дали отпор террористам Басаева и Хаттаба. Далекое дагестанское село на самом деле гораздо ближе, чем мы думаем. В Дагестане говорят, что Ботлих – это не географическое название, а моральная категория.

Ботлих - село на западе Дагестана, в ущелье Андийского Койсу. Дорога, проходящая через перевал Хаарами (2177 м), ведёт в Чечню (Ведено). Административный центр и крупнейший населённый пункт. Население около 12 тыс. жителей. К Ботлиху из Анди нужно спускаться по серпантину, 16 поворотов. Ботлих значительно ниже Анди. Колоритный поселок. Такие же узкие улочки, как в Анди, но это – не горное село, просто что-то восточное.

Идем на речку, впадающую в Койсу (главную реку, протекающую рядом с Ботлихом). Эта речка по колено, но очень быстрая, стоять трудно. Вода чистая.

Каждый район Дагестана похож на укромный уголок, который открывается только уважением к его народу. Суровые, бесплодные хребты каменным кольцом окружают лощины, леса и озера. Вершины, одеты в снеговой покров, как в белые шкуры, навороченные глыбы скал, синеватые прозрачные ледяные расщелины, оранжевое солнце, смиряющее бурю, и молнии, сверкающие в темных провалах ущелий, создают фантастическую игру камня, света и льда.

И горец, возвращаясь с охоты, рыбной ловли или пригоняя скот, до сих пор рассказывает детям о злых духах, помогших туру скрыться в скалах, или о речном черте, укравшем рыбу из сетей, или о зеленом демоне, пропустившем сквозь заросли веток заблудившийся скот.

И в воображении, открывших от удивления рот, мальчишек предстают герои древних легенд и сказаний. В дремучих лесах отважные горцы, засучив рукава, выходят на борьбу с медведем и живым приводят его в аул. Выслеживают волка, ловят арканом оленя, лисицу, охотятся за куницами. На отвесных скалах подстерегают туров и диких коз. В горных озерах и реках ловят лососей, пятнистую форель. Пускают меткие стрелы в ястреба и диких голубей…

Горцы, как и прежде, занимаются скотоводством. Скот – это средство к существованию: овцы их славятся вкусным и нежным мясом, сыр по вкусу превосходит импортный. Из шерсти овец горянки ткут тонкие шерстяные материи, разноцветные ковры, хурджины, вяжут пестрые носки, катают войлок. Все выделывается для себя.

В прежние времена в случае нужды все это менялось на больших базарах на хлеб, оружие, бисер, серебро. Но отсутствие обширных пастбищ в каменистых горах не давало возможности расширять скотоводство. Огромные отары овец не вмещались в зеленых ущельях и живописных долинах. И горцы договорились с Чечней, чеченцы предоставили им богатое пастбище, вмещающее огромные отары овец, за что горцы платили скотом и шерстью, а также никогда не отказывали в военной помощи.

Нередко и другие владетели прибегали к боевой услуге безудержно храбрых …, предоставляя за это пастбища и земли.
«В горах много тропинок, кто какую выберет – один может вниз прийти, другой на самую вершину взберется» - говорят горцы.

В начале августа 1999 г. обстановка на Северном Кавказе, и особенно вокруг Чеченской Республики, накалялась день ото дня.

2 августа около 700 (по другим данным до 2,5 тыс.) под предлогом оказания помощи своим братьям по вере, в Ботлихский район Дагестана вошли крупные силы боевиков, руководимые Ш.Басаевым и Э.Хаттабом. В последующем к ним присоединились и сторонники Б.Магомедова,

3 августа в 7 часов со стороны населенных пунктов Шодрода, Ансалта и Рахата появились беженцы. Они сообщили, что их села заняты бандами, а среди них арабы, наемники других национальностей. Поток беженцев увеличивался. Это были женщины, старики и дети.

Беженцы из Ансалты говорили: «Недалеко от нас есть Ботлихский аэродром, с которого хорошо виден участок, через который шли боевики. Он как на ладони. Одна тропа, по которой идут люди и едут машины. Другой дороги нет. Они шли группами по 100, 50 и 20 человек. И никто никаких мер не предпринял. Все нагружены оружием, несли кто сколько может. И никто этому не препятствовал. Даже одного вертолета в то время был, было бы достаточно, чтобы их уничтожили».

В захваченных селах остались старики и молодежь. Боевики никого не трогали. Не было случая, чтобы кого-то избили, ограбили или обидели. Никаких агрессивных действий против народа они не совершали. Даже не рвали в садах фрукты.

Хотя в СМИ сразу появилась информация о бесчинствах боевиков. И заложников тоже не было. Все мужчины остались добровольно, считая «позором для мужчины - покинуть свой дом». Горцы с гордостью говорили: мы никогда не были побеждаемы, ибо лучше умереть орлом, чем жить зайцем.

В с. Ансалта боевики попросили хозяина одного дома, чтобы занять его под штаб. Все делалось для того, чтобы у народа создалось благоприятное о них впечатление. Другая группа боевиков под командой Ширвани Басаева и Х. Исрапилова пыталась прорваться через андийские села и взорвать мост у Муни, чтобы отрезать от Дагестана три горных района - Цумадинский, Ахвахский и Ботлихский.

Боевиками было захвачено 7 населенных пунктов - Ансалта, Рахата, Ашино, Шодрода, Тандо, Зибирхали и Беледи. Это вторжение подняло практически все слои дагестанского общества. Почти в каждом городе и райцентре создавались штабы по набору и направлению в зону боевых действий добровольцев, отряды самообороны. В народное ополчение только за первую декаду августа записались несколько тысяч человек. Отряды, при необходимости, снабжались оружием и боеприпасами.

Узнав о событиях на родине, многие андийцы съехались в родные места из различных уголков России. Все сельчане, от малых детей и женщин до глубоких стариков, встали на защиту родных сел. Местное население и ополченцы с. Гагатли разгромили группу полевого командира Ш.Басаева, пытавшегося прорваться на помощь блокированным боевикам.

Понеся большие потери - более 500 человек убитыми, бандформирования были вынуждены 24 августа 1999 г. отступить

«…меня особенно потрясло, - сказал Владимир Путин, - когда уже подошли войска... старейшины пришли к командирам подразделений и задали вопрос: почему вы не стреляете по захваченным террористами селам? Ответ тоже был неожиданным: офицеры сказали: “Жалко ваши дома”.
Построить дом в горах – непросто. Поколениями строятся дома. Меня поразил ответ старейшин: “Не жалейте”. Это исключительный пример патриотизма».

Шамиль Басаев был в Ансалте вместе с Хаттабом. В Ансалте потом был штаб Басаева, а в Рахата - штаб Хаттаба. Столицей западного, "независимого", Дагестана бандиты собирались объявить Ботлих.

Дагестанцы по всему миру, крайне негативно восприняли вторжение чеченских боевиков.
Услышав в Ташкенте такое ошеломительное известие, мой муж, лакец, был буквально в шоке, давление перескочило за 230. «Этого не может быть, - все повторял он, - чеченцы не могли напасть на дагестанцев…»

Это был крупнейший просчет Басаева и Хаттаба. Своим вторжением они возбудили к себе ненависть горцев, которые брали в руки оружие и вставали на защиту своей земли. Большей доброжелательности местного населения к военным, как в период тех событий не было. Люди несли солдатам все: хлеб, мясо, молоко.

Ночь с 7 на 8 августа выдалась, самой тревожной. Было опасение, что бандиты попытаются обойти Ботлих. Федеральные войска с помощью местных ополченцев выгнали чеченских боевиков с дагестанских земель. Однако события тех недель еще много лет будут сказываться на жизни горцев.

- Мы к ним, как к братьям (в первую чеченскую войну жители Ботлиха приютили 12 тысяч чеченских беженцев), а они разрушили наши дома, – говорит один андиец. - Такое, не скоро забудется".
- Дома-то, разрушили военные, когда там боевиков уже не было, - возражает ему собеседник, - и не надо обобщать. Одно дело - наемники. И совсем другое - обычные крестьяне. Какое отношение имеют биноевцы к боевикам? (Бино - чеченское село, расположенное неподалеку от чечено-дагестанской границы.) Кто-нибудь из биноевцев пришел с бандитами? Нет. Ни один человек. Или из Шали? Они что, тоже виноваты? Так вот, если они завтра войдут в мой дом и попросят о помощи, обниму и приму как дорогих гостей".

Спор этот обычный между дагестанцами, пережившими тот год.
Кто-то возненавидел чеченцев как таковых - всех, кто-то полагает, что "раз крови между нами нет", то и вражды долговечной быть не может.

Через 10 лет, миролюбиво настроенных дагестанцев стало больше - страсти заметно улеглись. Тогда подавляющее большинство горцев говорили, что Дагестан и Чечня теперь враги навеки. Но жизнь заставляют пересматривать свое непримиримое отношение к соседям. Например, пастбища гагатлинцев (Гагатли - высокогорное село возле перевала Харами, через который местное ополчение не пропустило отряд Ширвани Басаева) примыкают к чеченским, а жители Ансалты испокон века пасли своих коров и овец на чеченской территории.

Дагестанцы достаточно критически относятся к политике России на Кавказе в целом и в Дагестане в частности. Никто не верит в то, что великая держава не может справиться с маленькой Чечней. Хотя, мнения расходятся. Некоторые говорят - "с кучкой бандитов", а другие - "с чеченским народом". Горцы уверены, что "война - коммерческая". А значит, выигрывают от нее только большие начальники и генералы, а страдают простые люди, в т.ч. солдаты.

За 10 лет отношение ботлихцев к российским военным претерпело изменения. Если в разгар и сразу после окончания военных действий местные жители отождествляли пришедшие им на помощь войска с федеральной властью (тогда не говорили: военные нам помогли, говорили: Россия нам помогла), то теперь произошло разделение.

Ботлихцы умеют быть благодарными. Военных они разделили на "своих", т.е. на тех, которые в августе 1999 г. воевали в этих горах, а теперь охраняют Ботлихский район ("наши солдаты") и на остальных. Про тех, кто воюет в Чечне, горцы в основном отзываются плохо - там, мол, грабежи и беззаконие.

Местное население терпимо относится к военным еще и потому, что Минообороны выделило материальную помощь (т.е. стройматериалы) тем, чьи дома пострадали в ходе боев с чеченскими бандитами. Правда, забирать их надо из Махачкалы, а перевозка - это немалые деньги. Помощь пришла и от МЧС.

После окончания боев ботлихцы не очень верили, что им что-нибудь заплатят. Но государство свои обязательства выполнило полностью. Из всех сел больше всего пострадали два - Тандо и Ансалта. Жителям Тандо предоставили под застройку пустующие земли в нескольких километрах от райцентра. Ансалтинцам же новых участков не дали - или отстраивайся на пепелище, или покупай жилье в другом районе.

Ботлих – не просто местность на высоте около километра над уровнем моря, которая славится своим виноградом и абрикосами. Это народ, язык, образ жизни. В 1930-х годах ботлихцев и еще 12 малых народов, проживающих на территории современного Западного Дагестана, помимо их воли причислили к аварцам. Официального восстановления своей самостоятельности (самобытности и самодостаточности у них никому не отнять) обитатели Ботлиха добиваются больше 20 лет...

Обнаружено использование расширения AdBlock.


Викия — это свободный ресурс, который существует и развивается за счёт рекламы. Для блокирующих рекламу пользователей мы предоставляем модифицированную версию сайта.

Викия не будет доступна для последующих модификаций. Если вы желаете продолжать работать со страницей, то, пожалуйста, отключите расширение для блокировки рекламы.